Художник Архип Иванович Куинджи
«Иллюзия света была его богом, и не было художника,
равного ему в достижении этого чуда живописи»
И.Е. Репин
Архип Иванович Куинджи, безусловно, знаком каждому любителю живописи своим знаменитым полотном «Ночь на Днепре». Так бывает, что даже у известных мастеров, достигших больших высот и создавших множество настоящих шедевров, все равно лишь какая-то одна картина выступает своеобразной «визитной карточкой» их творчества. И все же, давайте-ка узнаем получше этого замечательного мастера пейзажа!
Мальчик, которого назвали Архипом, родился в январе 1841 года в малороссийском (украинском) городке Мариуполь (некоторые биографы, к слову, датой его рождения считают 1842 год, сейчас это мнение, увы, почти невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть) в греческой семье. Отец его был простым ремесленником, тачал сапоги, но семья всегда жила в крайней нужде, почти нищете, а потому с самых младых лет будущий живописец вынужден был трудиться, хотя в любое свободное время пытался что-то рисовать, причем холстом тогда ему могла служить любая поверхность, от клочков бумаги до заборов.
равного ему в достижении этого чуда живописи»
И.Е. Репин
Архип Иванович Куинджи, безусловно, знаком каждому любителю живописи своим знаменитым полотном «Ночь на Днепре». Так бывает, что даже у известных мастеров, достигших больших высот и создавших множество настоящих шедевров, все равно лишь какая-то одна картина выступает своеобразной «визитной карточкой» их творчества. И все же, давайте-ка узнаем получше этого замечательного мастера пейзажа!
Мальчик, которого назвали Архипом, родился в январе 1841 года в малороссийском (украинском) городке Мариуполь (некоторые биографы, к слову, датой его рождения считают 1842 год, сейчас это мнение, увы, почти невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть) в греческой семье. Отец его был простым ремесленником, тачал сапоги, но семья всегда жила в крайней нужде, почти нищете, а потому с самых младых лет будущий живописец вынужден был трудиться, хотя в любое свободное время пытался что-то рисовать, причем холстом тогда ему могла служить любая поверхность, от клочков бумаги до заборов.
Будучи уже почти двадцати лет, он устроился ретушером в фотомастерскую, а по прошествии нескольких лет неудачно пытался сначала открыть собственную фотостудию, затем пару месяцев служил в подмастерьях у И. Айвазовского – и столь же безрезультатно (хотя влияние великого мариниста весьма заметно в первых работах Архипа Ивановича), а потому решает уехать в Санкт-Петербург, поскольку именно российская столица была средоточием культурной жизни. Однако и здесь две попытки поступить на учебы в Академию художеств заканчиваются провалом…
Лишь в 1868 году никому не известному начинающему художнику со странной фамилией Куинджи удается принять участие в выставке – он экспонировал первую свою пейзажную работу «Татарская сакля в Крыму» – и лишь после этого Архипу Ивановичу удается пристроиться к профессиональному обучению, да и то лишь в качестве вольного слушателя. Тем не менее, природный талант и огромная усидчивость и работоспособность привели к тому, что в 1872 году он получает официальное признание за полотно «Осенняя распутица», а еще через год экспонирует новую картину – «Снег», за которую, кстати, на лондонской выставке получает первую серьезную награду, бронзовую медаль. И это было тем более удивительно и почетно, что Куинджи был, по сути дела, самоучкой, не получившим никакой должной художественной школы.
С этого момента дела живописца начинают идти все лучше: в течение буквально пары лет он принимает активное участие в нескольких европейских выставках достаточно высокого ранга, а также в движении Товарищества Передвижников, демонстрирует публике и критикам «Вид на остров Валаам», «Ладожское озеро», «Забытую деревню», «Чумацкий тракт», «Степи» и свои, пожалуй, лучшие работы того периода – «Украинскую ночь», «Вечер на Украине» и «Лес». Такой активной деятельности способствовало и близкое знакомство с И. Репиным, И. Крамским и другими передвижниками.
Теперь Куинджи – уже признанный мастер, у него появляются собственные ученики, а многочисленные заказы позволяют существовать весьма безбедно. К 1880 году он экспонирует полотна «После грозы» и «Березовая роща», одновременно работая над главным своим полотном – и, наконец, устраивает персональную выставку, на которой и предъявляет публике «Ночь на Днепре» – выставка произвела настоящий фурор, имя художника не сходило со страниц художественных журналов. Вот, в частности, что позднее написал об этой выставке живописец М. Нестеров: «Украинская ночь Куинджи – перед которой все время была густая толпа совершенно пораженных и восхищенных ею зрителей. Она даже в отдаленной мере не была тогда похожа на изменившуюся за много лет теперешнюю олеографическую картину этого большого мастера». Кстати, за мастерскую передачу красок и света Архипа Ивановича неоднократно называли «русским Моне», сравнивая его манеру письма с одним из величайших импрессионистов. И это было действительно признанием!
В последующие годы Архип Иванович устроил еще несколько персональных выставок, на которых демонстрировал «Днепр утром» и «Березовую рощу», а также и «Ночь на Днепре», хотя продолжал принимать участие и в сборных выставках. Это продолжалось до 1882 года, а после живописец по не понятной никому причине вдруг полностью прекратил выставляться и полотен своих не отсылал ни на одну выставку вплоть до начала ХХ столетия. Вполне возможно, что к этому решению художника подтолкнули и крайне негативные отзывы на его картины – так, например, находились критики, которые утверждали, что человек не в состоянии достичь такого уровня передачи света, и полотна свои Куинджи тишком подсвечивает с обратной стороны… А может быть, дело в другом – он ведь действительно достиг на тот момент пика мастерства и просто не мог разочаровывать восхищенных его талантом зрителей, если бы вдруг написал что-то хуже, чем раньше.
Впрочем, его талант и заслуги забыты не были – в 90-х годах Куинджи предложили профессорскую должность в высшем художественном училище, он успешно преподавал и покинул его в 1897 году из-за несогласия с внутренней политикой учебного заведения, касающейся еврейского вопроса – как большинство просвещенных людей своего времени, живописец не одобрял политику имперских властей. Однако за это время он успел заразить своей любовью к природе и пейзажу таких будущих мастеров, как К. Богаевский и Н. Рерих.
К слову, когда вопрос касался судьбы талантливых, но необеспеченных художников, Архип Иванович, памятуя, видимо, о собственной голодной юности, всегда им помогал – в частности, за собственный счет устраивал учебные поездки по Европе тем студентам-евреям, которым в этом «пенсионерстве» официально было отказано, а кроме того, в разные годы жертвовал огромные суммы денег на дополнительные стипендии, отдал основанному им за год до смерти Обществу русских художников собственное крымское имение и около 150 тысяч рублей, сумму по тем временам совершенно астрономическую, да и кроме этого он всемерно помогал коллегам. Надо сказать, что многие успешные живописцы помогали с меру сил начинающим или менее удачливым художникам, но только Куинджи делал это с таким размахом.
Умер пожилой и достигший небывалой известности пейзажист 11 июля (24 июля) 1910 года.
Лишь в 1868 году никому не известному начинающему художнику со странной фамилией Куинджи удается принять участие в выставке – он экспонировал первую свою пейзажную работу «Татарская сакля в Крыму» – и лишь после этого Архипу Ивановичу удается пристроиться к профессиональному обучению, да и то лишь в качестве вольного слушателя. Тем не менее, природный талант и огромная усидчивость и работоспособность привели к тому, что в 1872 году он получает официальное признание за полотно «Осенняя распутица», а еще через год экспонирует новую картину – «Снег», за которую, кстати, на лондонской выставке получает первую серьезную награду, бронзовую медаль. И это было тем более удивительно и почетно, что Куинджи был, по сути дела, самоучкой, не получившим никакой должной художественной школы.
С этого момента дела живописца начинают идти все лучше: в течение буквально пары лет он принимает активное участие в нескольких европейских выставках достаточно высокого ранга, а также в движении Товарищества Передвижников, демонстрирует публике и критикам «Вид на остров Валаам», «Ладожское озеро», «Забытую деревню», «Чумацкий тракт», «Степи» и свои, пожалуй, лучшие работы того периода – «Украинскую ночь», «Вечер на Украине» и «Лес». Такой активной деятельности способствовало и близкое знакомство с И. Репиным, И. Крамским и другими передвижниками.
Теперь Куинджи – уже признанный мастер, у него появляются собственные ученики, а многочисленные заказы позволяют существовать весьма безбедно. К 1880 году он экспонирует полотна «После грозы» и «Березовая роща», одновременно работая над главным своим полотном – и, наконец, устраивает персональную выставку, на которой и предъявляет публике «Ночь на Днепре» – выставка произвела настоящий фурор, имя художника не сходило со страниц художественных журналов. Вот, в частности, что позднее написал об этой выставке живописец М. Нестеров: «Украинская ночь Куинджи – перед которой все время была густая толпа совершенно пораженных и восхищенных ею зрителей. Она даже в отдаленной мере не была тогда похожа на изменившуюся за много лет теперешнюю олеографическую картину этого большого мастера». Кстати, за мастерскую передачу красок и света Архипа Ивановича неоднократно называли «русским Моне», сравнивая его манеру письма с одним из величайших импрессионистов. И это было действительно признанием!
В последующие годы Архип Иванович устроил еще несколько персональных выставок, на которых демонстрировал «Днепр утром» и «Березовую рощу», а также и «Ночь на Днепре», хотя продолжал принимать участие и в сборных выставках. Это продолжалось до 1882 года, а после живописец по не понятной никому причине вдруг полностью прекратил выставляться и полотен своих не отсылал ни на одну выставку вплоть до начала ХХ столетия. Вполне возможно, что к этому решению художника подтолкнули и крайне негативные отзывы на его картины – так, например, находились критики, которые утверждали, что человек не в состоянии достичь такого уровня передачи света, и полотна свои Куинджи тишком подсвечивает с обратной стороны… А может быть, дело в другом – он ведь действительно достиг на тот момент пика мастерства и просто не мог разочаровывать восхищенных его талантом зрителей, если бы вдруг написал что-то хуже, чем раньше.
Впрочем, его талант и заслуги забыты не были – в 90-х годах Куинджи предложили профессорскую должность в высшем художественном училище, он успешно преподавал и покинул его в 1897 году из-за несогласия с внутренней политикой учебного заведения, касающейся еврейского вопроса – как большинство просвещенных людей своего времени, живописец не одобрял политику имперских властей. Однако за это время он успел заразить своей любовью к природе и пейзажу таких будущих мастеров, как К. Богаевский и Н. Рерих.
К слову, когда вопрос касался судьбы талантливых, но необеспеченных художников, Архип Иванович, памятуя, видимо, о собственной голодной юности, всегда им помогал – в частности, за собственный счет устраивал учебные поездки по Европе тем студентам-евреям, которым в этом «пенсионерстве» официально было отказано, а кроме того, в разные годы жертвовал огромные суммы денег на дополнительные стипендии, отдал основанному им за год до смерти Обществу русских художников собственное крымское имение и около 150 тысяч рублей, сумму по тем временам совершенно астрономическую, да и кроме этого он всемерно помогал коллегам. Надо сказать, что многие успешные живописцы помогали с меру сил начинающим или менее удачливым художникам, но только Куинджи делал это с таким размахом.
Умер пожилой и достигший небывалой известности пейзажист 11 июля (24 июля) 1910 года.