Художник Поленов Василий Дмитриевич
Василий Дмитриевич Поленов родился в 1844 году в Санкт-Петербурге в семье потомственных дворян. Свой достаточно рано проявившийся художественных дар он, судя по всему, перенял от родителей – его отец был достаточно известным в империи историком и археологом, а мать писала любительские картины и книги для детей (к слову, и Елена, одна из сестер Василия, впоследствии также стала небезызвестной художницей). Каждое лето семья будущего живописца проводила за городом, на природе, и уже в раннем детстве он пытался рисовать окружающие его пейзажи, а с 1855 года Поленовы переехали в Карелию, где получили землю и построили большой гостеприимный дом – именно картины неброской, но потрясающей своей красотой северной природы запечатлены были начинающим художником в первых, еще незрелых, но наполненных настоящим чувством живописных работах.
Впрочем, и позже, в годы учения, да и в достаточно зрелом возрасте Василий в своем творчестве неоднократно возвращался к карельской теме. Еще одним фактором, еще в детские годы сильно повлиявшим на мировоззрение Поленова, стали поездки к родне в Тамбовскую губернию – здесь он приобщился к русскому фольклору и природной красоте средней полосы России. А кроме того, в столичном доме семейства частенько собирались одни из самых просвещенных и интеллигентных людей того времени, некоторые из которых стали для Василия первыми учителями в живописи, литературе и музыке.
После окончания гимназии в Петрозаводске будущий живописец одновременно проходил обучение в столичном университете на юридическом факультете и в Академии художеств, причем именно она-то, по словам самого Поленова, и стала его настоящей «духовной родиной». Разумеется, как и большинство студентов тех лет, он участвовал в вольнодумных студенческих движениях, однако настоящей его страстью всегда была и оставалась только живопись. Примечательно, что выпускная тема в Академии у него была такой же, как и у другого великого русского живописца, Ильи Репина, и оба они в 1871 году получили за свои произведения по большой золотой медали и право совершить поездку за границу.
В следующем году за счет Академии художеств Поленов отправился в шестилетнюю поездку по России и странам Европы «для дальнейшего усовершенствования в искусстве». Он свел знакомства с множеством блиставших тогда мастеров кисти и познакомился с различными течениями в живописи, от исторического академического романтизма до модерна. Однако основным в его творчестве уже тогда стал пейзаж – так, одной из лучших работ тех лет является написанная в 1874 году в Италии картина «Итальянский пейзаж с крестьянином». Кстати, Италия своей богатейшей культурой, архитектурой и художественным наследием буквально притянула Василия Дмитриевича: он снял мастерскую в Риме, куда приглашал натурщиков и писал многочисленные этюды, чтобы «набить руку» перед тем как браться за серьезные полотна. Видимо, проходящий красной нитью через творчество мастеров Ренессанса образ Бога увлек и русского художника – недаром же он писал своим родным, что «…жизнь Христа меня с давних пор интересует, и вот из этой жизни мне хочется изобразить несколько эпизодов». К тому же, в это самое время Поленов познакомился с известным меценатом и ценителем живописи Саввой Мамонтовым и членами его кружка, известного как Абрамцевский (названный так в честь подмосковного имения Мамонтовых), в который входил и давний знакомец Василия – Илья Репин, с которым они теперь сдружились еще крепче. И здесь же к художнику пришло первое глубокое чувство – он не на шутку влюбился в участницу собраний кружка Марусю Оболенскую, однако живописца ждало потрясение, поскольку Маруся в 1873 году умерла от кори…
Наверное, на настоящего художника такие удары судьбы оказывают не только гнетущее воздействие – по крайней мере, именно с этого времени полотна Поленова начинают отличаться какой-то особенной глубиной восприятия… Некоторое время живописец пребывал в одиночестве, вернулся в Россию, много работал над этюдами и пейзажными композициями, а позже отправился в Париж.
Эта поездка потрясла Василия Дмитриевича тем, что жившие здесь художники из разных стран писали в огромном количестве жанров и в самых разнообразных манерах – и это «парижское вольтерьянство» прекрасно заметно в его картинах 1874 года, таких, например, как «Ливень». При этом импрессионисты, которые в те годы буквально ворвались на художественный Олимп, на художника не произвели особого впечатления, хотя отдельные мотивы этого новомодного течения в работах живописца проследить можно – как минимум, это касается его более углубленной работы над техникой живописи и того, что писать нужно было учиться не в мастерской по наброскам, этюдам и памяти, а на природе, с натуры. В итоге Поленов и Репин оправились в Нормандию, где написали множество превосходных пейзажей, ставших, без сомнения, большой ступенью на лестнице, ведущей к вершинам истинного мастерства – например, «Рыбацкая лодка. Этрета», «Старые ворота. Вёль» и стоящая особняком картина «Белая лошадка. Нормандия», которая отличается необычайной смелостью решения сложнейших художественных задач и явственным чувством «русскости» на французском фоне.
Тогда же, в середине 70-х годов, художник часто обращался к историческим и, в который раз, к библейским темам. Эти полотна были им написаны в академической манере и изобилуют деталями, что лишний раз демонстрирует многогранность таланта Поленова – но в то же время и незавершенность его внутренних поисков себя как художника. К наиболее известными работам этого творческого периода относятся «Кто из вас без греха», «Блудный сын» и, особенно, «Арест гугенотки». За эти картины, а также за серию этюдов живописец получил вполне им заслуженное звание академика.
Что же касается «поисков себя», необходимо признать, что при всей своей богатейшей палитре и возможностях выбора, о которых сам Василий Дмитриевич писал следующее: «…я пробовал и перепробовал все роды живописи: историческую, жанр, пейзаж, марину, портрет головы, образа, животных, nature morte, и так далее…», он явно тяготел к выбору между сюжетами историческими и столь милыми его сердцу пейзажами. И немалую роль в его самоопределении сыграл И.С. Тургенев, познакомившийся с живописцем в Париже и отличавший его от прочих русских художников, живших тогда во Франции. Пожалуй, именно под влиянием писателя и известной барбизонской школы живописи, которой Тургенев восхищался, выбор Поленова пал все же на пейзаж.
В 1876 году в Париж приехали Иван Крамской и Виктор Васнецов. Последний на первых порах трудился в мастерской Поленова (кстати, именно там он сделал первые эскизы к своим знаменитым «Богатырям»). С тех пор эти живописцы, включая, конечно же, и Илью Репина, были дружны всегда, хотя Василий Дмитриевич не принимал активного участия в деятельности передвижников. Впрочем, он некоторое время тоже пытался отобразить своей кистью народную жизнь – в качестве примера можно привести картину «Семейное горе», которая, однако не так и не была им закончена.
В 1876 году вспыхнула сербско-турецкая война, и Поленов, как многие просвещенные люди его времени, не замедлил отправиться в действующую армию волонтером. Он принимал участие в нескольких боевых столкновениях и даже был награжден боевыми медалями. А через год принял участие и в русско-турецкой войне – но, в отличие, например, от Верещагина, никогда не живописал боевые действия, ограничиваясь набросками бивуачной жизни и бытовых сцен из жизни местного населения, настолько претила ему грязь и кровь войны…
В 1877 году художник переехал в Москву и был поражен неспешным патриархальным течением жизни древней столицы. Он с удовольствием писал старинные церкви, кремлевские соборы, интерьеры внутренних помещений Кремля, причем с фотографической точность воспроизводил все детали архитектуры и декора. Но той же любовью дышат и его работы, посвященные самым обыденным пейзажам – к примеру, «Пруд в парке. Ольшанка». При этом с необычайным мастерством он начинает передавать неповторимую игру света и тени, цветовую насыщенность ландшафта и даже изменчивое настроение погоды. Пожалуй, эта картина стала первой в ряду нового направления пейзажной живописи, открытого Поленовым – темы старой дворянской усадьбы. И к тому же самому периоду творчества относится наиболее, пожалуй, знаменитая из его работ – «Московский дворик», в которой художник на редкость гармонично сумел совместить пейзаж с архитектурной живописью, сделав полотно абсолютно живым и умиротворенным, тонко и правдиво отразившим жизнь Москвы конца XIX столетия. К слову, посетители выставок неоднократно отмечали сходство картин Поленова с тургеневскими романами!
В Москве художник снова примкнул к творческому кружку Саввы Мамонтова, который к тому времени стали посещать такие живописцы, как Серов, Врубель, Аполлинарий Васнецов и многие другие, а также писатели, артисты и музыканты. В итоге в 80-х годах Василий Дмитриевич сделал эскизы к декорациям домашнего театра в Абрамцево (в котором играл любительские роли и, как человек разносторонне одаренный, даже писал для постановок музыку) и написал множество пейзажей усадьбы, причем на полотнах становится все меньше людей – все пространство занимает вечная и прекрасная природа. А привела дружба с театром к тому, что Поленов в 1885 году оформил декорации для Большого театра, которые произвели настоящую сенсацию. Тогда же он вместе с Виктором Васнецовым принимал участие в проектировании и оформлении церкви Спаса Нерукотворного в Абрамцево, а кроме того, вновь обратился к библейским темам, которые, впрочем, были в моде тогда, и написал картину «Христос и грешница», в которой попытался представить Иисуса живым человеком, совместив реализм с романтизмом. Надо сказать, что специально для придания евангелистским сюжетам полной достоверности художник даже специально посетил Сирию, Палестину, Египет и Грецию, где создал множество пейзажей и архитектурных этюдов, включая известные «Храм Изиды» и «Константинополь». В целом работа над этим масштабным полотном заняла около 15 лет и для самого живописца стала главной в его творчестве, хотя и современники и потомки ценят его в первую очередь именно как гениальнейшего пейзажиста. Кстати, много позже, уже в 1899 году, Поленов вновь обратился к аналогичным сюжетам и начал писать цикл картин на библейские темы, для чего вновь посетил Ближний Восток – к этому циклу относятся полотна «Возвращение в Назарет», «Капернаум», «Пустыня у Иордана», «Наставление ученикам», «Самарянка», «Левий Матфей» и другие. Закончена была эта серия из 58 работ лишь к 1908 году и, будучи выставленной на всеобщее обозрение, произвела фурор. Так, знаменитый художник Владимир Маковский сказал о ней: «Тут чистота Христа связана с красотой природы!». Одновременно Поленов писал и музыкальные произведения, «Всенощную» и «Литургию», которые вместе с картинами и литературными трудами должны были привести к решению главной задачи, поставленной живописцем перед собой – явить миру «живой, действительный образ» Иисуса Христа.
Однако одновременно художник продолжает писать пейзажи, преподавать в Московском училище живописи и фактически создает свою собственную живописную школу (кстати, очень много «поленовского» можно встретить в ранних работах Исаака Левитана), тем более что с 1890 года он достаточно часто подолгу жил в своем новом имении Бёхово (ныне – Поленово) на берегах Оки неподалеку от Тарусы – именно здесь он пишет «Ранний снег» и «Золотую осень». Усадьба была полностью перестроена по планам самого Поленова, ее здания уникальны и не имеют аналогий в усадебной архитектурной традиции, равно как и интерьеры внутренних помещений, объединивших литературу, музыку и живопись – то есть, все наиболее значимые пристрастия Василия Дмитриевича. Кроме того, главное здание с самого начала рассматривалось как мастерская, галерея, музей и, более того, культурный центр с художественными кружками и любительским театром.
В 1924 году, уже при Советской власти, Поленову было присуждено звание народного художника – пожалуй, это действительно отражало реальное положение вещей, поскольку мало кто из живописцев был более народным как по призванию, так и по масштабам своей деятельности. Умер Василий Дмитриевич в 1927 году в Тарусе и был похоронен на высоком окском берегу, на том месте, с которого частенько озирал изумительные пейзажи и черпал вдохновение для новых полотен. А носящая его имя музей-усадьба до наших дней остается одной из самых интересных, известных и посещаемых достопримечательностей Подмосковья.
После окончания гимназии в Петрозаводске будущий живописец одновременно проходил обучение в столичном университете на юридическом факультете и в Академии художеств, причем именно она-то, по словам самого Поленова, и стала его настоящей «духовной родиной». Разумеется, как и большинство студентов тех лет, он участвовал в вольнодумных студенческих движениях, однако настоящей его страстью всегда была и оставалась только живопись. Примечательно, что выпускная тема в Академии у него была такой же, как и у другого великого русского живописца, Ильи Репина, и оба они в 1871 году получили за свои произведения по большой золотой медали и право совершить поездку за границу.
В следующем году за счет Академии художеств Поленов отправился в шестилетнюю поездку по России и странам Европы «для дальнейшего усовершенствования в искусстве». Он свел знакомства с множеством блиставших тогда мастеров кисти и познакомился с различными течениями в живописи, от исторического академического романтизма до модерна. Однако основным в его творчестве уже тогда стал пейзаж – так, одной из лучших работ тех лет является написанная в 1874 году в Италии картина «Итальянский пейзаж с крестьянином». Кстати, Италия своей богатейшей культурой, архитектурой и художественным наследием буквально притянула Василия Дмитриевича: он снял мастерскую в Риме, куда приглашал натурщиков и писал многочисленные этюды, чтобы «набить руку» перед тем как браться за серьезные полотна. Видимо, проходящий красной нитью через творчество мастеров Ренессанса образ Бога увлек и русского художника – недаром же он писал своим родным, что «…жизнь Христа меня с давних пор интересует, и вот из этой жизни мне хочется изобразить несколько эпизодов». К тому же, в это самое время Поленов познакомился с известным меценатом и ценителем живописи Саввой Мамонтовым и членами его кружка, известного как Абрамцевский (названный так в честь подмосковного имения Мамонтовых), в который входил и давний знакомец Василия – Илья Репин, с которым они теперь сдружились еще крепче. И здесь же к художнику пришло первое глубокое чувство – он не на шутку влюбился в участницу собраний кружка Марусю Оболенскую, однако живописца ждало потрясение, поскольку Маруся в 1873 году умерла от кори…
Наверное, на настоящего художника такие удары судьбы оказывают не только гнетущее воздействие – по крайней мере, именно с этого времени полотна Поленова начинают отличаться какой-то особенной глубиной восприятия… Некоторое время живописец пребывал в одиночестве, вернулся в Россию, много работал над этюдами и пейзажными композициями, а позже отправился в Париж.
Эта поездка потрясла Василия Дмитриевича тем, что жившие здесь художники из разных стран писали в огромном количестве жанров и в самых разнообразных манерах – и это «парижское вольтерьянство» прекрасно заметно в его картинах 1874 года, таких, например, как «Ливень». При этом импрессионисты, которые в те годы буквально ворвались на художественный Олимп, на художника не произвели особого впечатления, хотя отдельные мотивы этого новомодного течения в работах живописца проследить можно – как минимум, это касается его более углубленной работы над техникой живописи и того, что писать нужно было учиться не в мастерской по наброскам, этюдам и памяти, а на природе, с натуры. В итоге Поленов и Репин оправились в Нормандию, где написали множество превосходных пейзажей, ставших, без сомнения, большой ступенью на лестнице, ведущей к вершинам истинного мастерства – например, «Рыбацкая лодка. Этрета», «Старые ворота. Вёль» и стоящая особняком картина «Белая лошадка. Нормандия», которая отличается необычайной смелостью решения сложнейших художественных задач и явственным чувством «русскости» на французском фоне.
Тогда же, в середине 70-х годов, художник часто обращался к историческим и, в который раз, к библейским темам. Эти полотна были им написаны в академической манере и изобилуют деталями, что лишний раз демонстрирует многогранность таланта Поленова – но в то же время и незавершенность его внутренних поисков себя как художника. К наиболее известными работам этого творческого периода относятся «Кто из вас без греха», «Блудный сын» и, особенно, «Арест гугенотки». За эти картины, а также за серию этюдов живописец получил вполне им заслуженное звание академика.
Что же касается «поисков себя», необходимо признать, что при всей своей богатейшей палитре и возможностях выбора, о которых сам Василий Дмитриевич писал следующее: «…я пробовал и перепробовал все роды живописи: историческую, жанр, пейзаж, марину, портрет головы, образа, животных, nature morte, и так далее…», он явно тяготел к выбору между сюжетами историческими и столь милыми его сердцу пейзажами. И немалую роль в его самоопределении сыграл И.С. Тургенев, познакомившийся с живописцем в Париже и отличавший его от прочих русских художников, живших тогда во Франции. Пожалуй, именно под влиянием писателя и известной барбизонской школы живописи, которой Тургенев восхищался, выбор Поленова пал все же на пейзаж.
В 1876 году в Париж приехали Иван Крамской и Виктор Васнецов. Последний на первых порах трудился в мастерской Поленова (кстати, именно там он сделал первые эскизы к своим знаменитым «Богатырям»). С тех пор эти живописцы, включая, конечно же, и Илью Репина, были дружны всегда, хотя Василий Дмитриевич не принимал активного участия в деятельности передвижников. Впрочем, он некоторое время тоже пытался отобразить своей кистью народную жизнь – в качестве примера можно привести картину «Семейное горе», которая, однако не так и не была им закончена.
В 1876 году вспыхнула сербско-турецкая война, и Поленов, как многие просвещенные люди его времени, не замедлил отправиться в действующую армию волонтером. Он принимал участие в нескольких боевых столкновениях и даже был награжден боевыми медалями. А через год принял участие и в русско-турецкой войне – но, в отличие, например, от Верещагина, никогда не живописал боевые действия, ограничиваясь набросками бивуачной жизни и бытовых сцен из жизни местного населения, настолько претила ему грязь и кровь войны…
В 1877 году художник переехал в Москву и был поражен неспешным патриархальным течением жизни древней столицы. Он с удовольствием писал старинные церкви, кремлевские соборы, интерьеры внутренних помещений Кремля, причем с фотографической точность воспроизводил все детали архитектуры и декора. Но той же любовью дышат и его работы, посвященные самым обыденным пейзажам – к примеру, «Пруд в парке. Ольшанка». При этом с необычайным мастерством он начинает передавать неповторимую игру света и тени, цветовую насыщенность ландшафта и даже изменчивое настроение погоды. Пожалуй, эта картина стала первой в ряду нового направления пейзажной живописи, открытого Поленовым – темы старой дворянской усадьбы. И к тому же самому периоду творчества относится наиболее, пожалуй, знаменитая из его работ – «Московский дворик», в которой художник на редкость гармонично сумел совместить пейзаж с архитектурной живописью, сделав полотно абсолютно живым и умиротворенным, тонко и правдиво отразившим жизнь Москвы конца XIX столетия. К слову, посетители выставок неоднократно отмечали сходство картин Поленова с тургеневскими романами!
В Москве художник снова примкнул к творческому кружку Саввы Мамонтова, который к тому времени стали посещать такие живописцы, как Серов, Врубель, Аполлинарий Васнецов и многие другие, а также писатели, артисты и музыканты. В итоге в 80-х годах Василий Дмитриевич сделал эскизы к декорациям домашнего театра в Абрамцево (в котором играл любительские роли и, как человек разносторонне одаренный, даже писал для постановок музыку) и написал множество пейзажей усадьбы, причем на полотнах становится все меньше людей – все пространство занимает вечная и прекрасная природа. А привела дружба с театром к тому, что Поленов в 1885 году оформил декорации для Большого театра, которые произвели настоящую сенсацию. Тогда же он вместе с Виктором Васнецовым принимал участие в проектировании и оформлении церкви Спаса Нерукотворного в Абрамцево, а кроме того, вновь обратился к библейским темам, которые, впрочем, были в моде тогда, и написал картину «Христос и грешница», в которой попытался представить Иисуса живым человеком, совместив реализм с романтизмом. Надо сказать, что специально для придания евангелистским сюжетам полной достоверности художник даже специально посетил Сирию, Палестину, Египет и Грецию, где создал множество пейзажей и архитектурных этюдов, включая известные «Храм Изиды» и «Константинополь». В целом работа над этим масштабным полотном заняла около 15 лет и для самого живописца стала главной в его творчестве, хотя и современники и потомки ценят его в первую очередь именно как гениальнейшего пейзажиста. Кстати, много позже, уже в 1899 году, Поленов вновь обратился к аналогичным сюжетам и начал писать цикл картин на библейские темы, для чего вновь посетил Ближний Восток – к этому циклу относятся полотна «Возвращение в Назарет», «Капернаум», «Пустыня у Иордана», «Наставление ученикам», «Самарянка», «Левий Матфей» и другие. Закончена была эта серия из 58 работ лишь к 1908 году и, будучи выставленной на всеобщее обозрение, произвела фурор. Так, знаменитый художник Владимир Маковский сказал о ней: «Тут чистота Христа связана с красотой природы!». Одновременно Поленов писал и музыкальные произведения, «Всенощную» и «Литургию», которые вместе с картинами и литературными трудами должны были привести к решению главной задачи, поставленной живописцем перед собой – явить миру «живой, действительный образ» Иисуса Христа.
Однако одновременно художник продолжает писать пейзажи, преподавать в Московском училище живописи и фактически создает свою собственную живописную школу (кстати, очень много «поленовского» можно встретить в ранних работах Исаака Левитана), тем более что с 1890 года он достаточно часто подолгу жил в своем новом имении Бёхово (ныне – Поленово) на берегах Оки неподалеку от Тарусы – именно здесь он пишет «Ранний снег» и «Золотую осень». Усадьба была полностью перестроена по планам самого Поленова, ее здания уникальны и не имеют аналогий в усадебной архитектурной традиции, равно как и интерьеры внутренних помещений, объединивших литературу, музыку и живопись – то есть, все наиболее значимые пристрастия Василия Дмитриевича. Кроме того, главное здание с самого начала рассматривалось как мастерская, галерея, музей и, более того, культурный центр с художественными кружками и любительским театром.
В 1924 году, уже при Советской власти, Поленову было присуждено звание народного художника – пожалуй, это действительно отражало реальное положение вещей, поскольку мало кто из живописцев был более народным как по призванию, так и по масштабам своей деятельности. Умер Василий Дмитриевич в 1927 году в Тарусе и был похоронен на высоком окском берегу, на том месте, с которого частенько озирал изумительные пейзажи и черпал вдохновение для новых полотен. А носящая его имя музей-усадьба до наших дней остается одной из самых интересных, известных и посещаемых достопримечательностей Подмосковья.
Картины художника Поленова Василия Дмитриевича
